Восток

Приехав в Китай, вы будете много удивляться.
Это будет бесконечная феерия разинутых ртов, поднимающих планку жаждуемых зрелищ, и неподдельное удивление жизненным укладам, не укладывающимся в голове у среднестатистического человека с земли.

Одежда, поведение, запахи, устои.

Но еще больше вас удивит поездка за город. Туда, куда не ступала нога потного туриста, и даже Александра Леонидовича из девятой квартиры.
Китайские села и рисовые поля.
Так уж повелось, что из восточного мира в мир западный хлынуло множество философии и мудрости. Или мдурости, если читать газеты.
А в Китае – все не так. Здесь не говорят загадками и не рассматривают путника узким взглядом, наводя блеск двадцатисантиметровой белой бородке. Мудрость здесь характеризуется обыденностью.

Пример умопомрачительной глубины понимания сего мира является процесс работы китайца на рисовом поле.
На заре толпа узкоглазых фермерских самбреро расстилается по всей площади полей, и начинают свой нездоровый труд.
Но самое примечательное – это то, что наклонившись в начале работы, китаец более не желает вставать в стойку смирно, и продолжает работу не разгибаясь до самого вечера. А даже если все-же пришлось совершить сие неприятное действо – он продолжает смотреть вниз.

Причина до безобразия проста – китаец не желает видеть как много он уже сделал. Он желает видеть только то, сколько ему еще предстоит.

И сколько бы четырехсот этажных памятников двадцать-первому веку не построили рядом с его лачугой – это для него не имеет никакого значения.

Потому что китайцу некогда удивляться, китайцу надо работать.